?

Log in

No account? Create an account
selfie

March 2017

S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Tags

Powered by LiveJournal.com
selfie

И мальчики кровавые в глазах: Борис Годунов в Et Cetera

На "Бориса Годунова" в Et Cetera мы собирались еще месяц назад. Но тогда спектакль сначала перенесли, а затем и вовсе отменили - кто-то заболел, а постановку дают только в одном составе.
Состав, к слову, звездный - 2 народных, 4 заслуженных. И Петер Штайн - режиссер.


фотография с сайта театра

Когда прозвучал третий звонок и погас свет - я привычно стала ожидать, когда поднимется занавес. Но занавес передо мной не шевельнулся. Зато оказалось, что справа от большой сцены есть сцена маленькая, где князь Шуйский поведал Воротынскому о том, что царевича-младенца Дмитрия сгубил Годунов, который вот-вот взойдет на трон. После обнажилась большая сцена, а затем обнаружила себя и третья - слева. Весь спектакль действо разворачивалось поочередно на трех сценах - такого я еще не видела. И должна заметить, что это интересный ход. Можно, наверное, сравнить с кино - когда мизансцены сменяют одна за другой сию секунду, позволяя зрителю с головой окунуться в атмосферу. А атмосфера режиссером и командой воссоздана бесподобно - реалистичные костюмы и декорации. Когда народ несет на себе колокол - и вправду он кажется отлитым из чугуна.

К моему удивлению Петер Штайн, который не говорит по-русски, очень трепетно обошелся с произведением Пушкина, и диалоги артистов были не просто "близки к тексту" - это был оригинальный текст, какой можно прочесть в томике сборника произведений Александра Сергеевича - с зеленой тканой обложкой и золотым тиснением на корешке.

Ужасное злодейство! Слушай, верно
Губителя раскаянье тревожит:
Конечно, кровь невинного младенца
Ему ступить мешает на престол.

К слову, режиссеру удалось создать не только декорации, костюмы и эпоху. Штайн создал психологический портрет, личность царя Бориса Годунова - не через мнение о нем других действующих лиц - как о порицаемом народом цареубийце (хотя и не без этого), а как человека, принявшего груз ответственности за государство и народ; как правителя, страдающего как минимум неврозом - ежесекундно опасающегося предательства и низвержения; отца безутешно горюющей по убиенному жениху дочери; человека, чье сознание будоражат видения - маленький мальчик с ярко-алым пятном крови и в шапке Мономаха безмолвно появляется на сцене и пристально смотрит в глаза государю.
Петер Штайн не стал раскрывать трагедию русского народа того времени и социальный конфликт, как это делают учебники истории. Произведение Пушкина открылось мне с другой стороны - как трагедия личности, нашедшей исход и облегчение в своей смерти.
Борис в исполнении Владимира Симонова не бился в предсмертной агонии, не желая расставаться с властью и богатством. Он уходил обстоятельно и, кажется, спокойно: велел позвать сына, дал ему советы как будущему правителю:

Ты с малых лет сидел со мною в Думе,
Ты знаешь ход державного правленья;
Не изменяй теченья дел. Привычка -
Душа держав...

В семье своей будь завсегда главою;
Мать почитай, но властвуй сам собою.
Ты муж и царь; люби свою сестру,
Ты ей один хранитель остаешься.

И даже на смертном одре не кается Борис о загубленной жизни младенца. Так убивал Годунов царевича или нет? Ответ на этот вопрос отдан режиссером на откуп зрителю: что произошло в Угличе в день смерти Дмитрия? Виновен ли в том русский царь? Может быть и не было никакого видения?

Я, я за все один отвечу богу...

Безусловно, есть знатоки истории, которые могут жонглировать фактами и ссылками на фолианты. Только есть одно но - историю пишут люди. И переписывают и перепечатывают тоже люди. Петер Штайн же дает возможность посмотреть на живого царя. Именно живого, потому что режиссеру удалось, на мой взгляд, создать ощущение стопроцентного присутствия. И вопрос о причастности Бориса Годунова к кончине Дмитрия Иоанновича не оставил меня равнодушной.
После спектакля я прочла еще раз статью о Годунове. Действительно, есть последователи теории его невиновности в смерти последнего наследника династии Рюриковичей на российский престол - и об этом начали говорить еще в 30х годах 19 века.

Чтобы решить для себя эту загадку и, может быть, поставить точку в череде догадок, стоит сходить на спектакль в театр Калягина. Быть может как и я станете поклонниками Штайна.



Comments